В июле Тамбовская городская Дума приняла решение о внесении изменений в перечень художественных объектов в Тамбове. Перечень был дополнен тремя новыми объектами: закладным камнем памяти дважды Героя Советского Союза В.В. Сенько; скульптурной композицией святых Петра и Февронии Муромских и памятником российско-французской дружбе.
В это же время в региональных СМИ была опубликована информация о том, что монумент российско-французской дружбе посвящен «Солдатам поневоле». То есть иностранным солдатам, воевавших на стороне фашистской Германии попавших в плен Советской Армии, а также добровольно сдавшихся.
Ранее предполагалось возвести этот памятник на станции Рада Тамбовского района, где в годы войны располагался лагерь НКВД № 188, где содержались, в том числе и французские военнопленные. Умерших хоронили там же. В лагере находились не только французы, но и военнопленные из Германии, Италии, Румынии, Польши, Люксембурга и т.д., то есть всех тех стран, которые участвовали в войне против СССР в 1941-1945 гг.
Затем обсуждался вариант постановки скульптурной композиции на Петропавловском кладбище, но городские власти определили место на пересечении улиц Мичуринская и Чичерина (на территории нового сквера в микрорайоне Московский).
Великая Отечественная Война является поистине тяжелейшим периодом для нашей страны. Против нас воевала не одна фашистская Германия, а почти вся Европа, в том числе и десятки тысяч французов. Но не все так просто. Были те, кто до конца с оружием в руках сражался с фашисткой оккупацией, уходил в подполье, но было и немало пособников нового режима.
22 июня 1941 года, лидер нацистской группировки «Национальной народной партии» Жак Дорио выдвинул идею создания Легиона французских добровольцев именно для участия в борьбе с большевистским режимом. Первоначальная численность легиона превышала 15 тыс. человек. Даже к концу войны из французских добровольцев создавались новые боевые отряды для борьбы на Восточном фронте. Достаточно вспомнить 33-ю гренадерскую дивизию СС «Шарлемань», окончательно сформированную к февралю 1945 г.
Точных данных о том, сколько французов воевало против СССР, нет, но в советском плену было более 23 тыс. граждан Франции. Даже глава немецкой делегации фельдмаршал Кейтель во время подписания акта о капитуляции Германии 8 мая 1945 г., увидев среди присутствовавших на церемонии лиц во французской военной форме, заявил: «Как?! И эти тоже нас победили что ли?».
Но вернемся к военнопленным из лагеря № 188. В 1940 г., после разгрома Франции, фашистская Германия аннексировала (присоединила к себе) Эльзас и Лотарингию, далее на этих территориях была проведена мобилизация в ряды гитлеровской армии. На основе немецких документов о людских мобилизационных ресурсах Германии в годы Второй мировой войны указано, что погибло в боях и умерло в госпиталях среди прочих 200 000 эльзас-лотарингских и судетских немцев. Получается, что, несмотря на современные заявления о почти непричастности мобилизованных жителей Эльзаса-Лотарингии к войне против СССР, о том, что они сразу же сдавались в плен, факты говорят о другом.
Соглашусь с тем, что часть мобилизованных в ряды Вермахта сдавались в плен, но были и те, кто сражались против наших солдат на стороне фашисткой Германии.
Мы помним и чтим подвиг французских летчиков полка «Нормандия-Неман», роль Шарля де Голля, но нельзя забыть и о французах в рядах Вермахта, о французском Легионе, повторившем судьбу «Великой армии» Наполеона. Мы должны помнить о том, как себя вели союзники до начала Второй мировой войны: страны Западной Европы до последнего пытались направить удар фашистской машины на Советскую Россию. В том числе мы не забыли про Мюнхенский сговор, про политику умиротворения агрессора.
Сегодня заинтересованность региональных и городских властей в установке памятника «Солдатам поневоле» на лицо. Монумент будет возведен за счет средств Генерального Совета департамента Мозель (Франция). Кроме того, уже несколько лет между нами развиваются экономические отношения. В 2008 г. подписан меморандум по развитию сельских регионов между Министерством сельского хозяйства и рыбной ловли Франции и администрацией Тамбовской области. Безусловно, это очень хорошо. Но нельзя забывать правду о той Великой войне, о том, какой ценой досталась нам Победа, и кто на чьей стороне воевал.
Любая война - это очень сложный и противоречивый период. Сохранение памяти о той или иной войне - долг потомков. Не вижу ничего плохого, в том, когда возводятся памятные композиции на местах захоронений солдат, поддерживаются в удовлетворительном состоянии их могилы.
Но лично я не понимаю, зачем возводить памятники на территории, которая никакого отношения не имеет к тем событиям? Логично, если монумент российско-французской дружбе посвященный «Солдатам поневоле», появится на станции Рада, где и захоронены военнопленные. Но зачем его возводить на территории г. Тамбова? Поэтому на заседании Думы я не поддержал вносимый проект решения.
Считаю, надо взвесить все «за» и «против» перед тем, как ставить монумент. Получить одобрение наших ветеранов, заручиться поддержкой жителей города, возможно, провести референдум и лишь потом принимать окончательное решение.
А.Р. Александров