Российские производители снова рискуют оказаться неконкурентоспособными

Замглавы Минэкономразвития Андрей Клепач считает, что текущая либеральная политика ЦБ может привести к тому, что в ближайшие два-три года реальное укрепление рубля составит примерно 20%. Эксперты согласны, что с учетом сложившейся ситуации на рынке деньги лучше держать в российской валюте.

«Та динамика, которая соответствует политике ЦБ на либерализацию и свободное плавание валютного курса, приведет к существенному укреплению рубля в реальном выражении процентов на 20 за ближайшие два-три года, что резко ухудшает конкурентоспособность практически всех секторов экономики», — цитирует РИА «Новости» заявление замглавы Минэкономразвития Андрея Клепача на Российском экономическом и финансовом форуме в Швейцарии.

Темпы роста курса рубля уже сегодня вызывают опасения у Клепача. «Сейчас реальный эффективный курс рубля уже превысил предкризисный уровень. Поэтому никакого зонтика, который у нас был в результате девальвации 2008-го — начала 2009 годов, уже нет», — подчеркнул он.

Так, с начала 2010 года рубль укрепился к бивалютной корзине ($0,55 и 0,45 евро) на 80 копеек, или более чем 2%, до 34,2 рубля с 35 рублей. Укрепление реального эффективного курса рубля за январь — февраль текущего года составило 5%.

По оценкам Андрея Клепача, за два месяца в текущем году укрепление рубля было чрезмерным. Замминистра считает, что имеет смысл скорректировать политику ЦБ, так как «риски слишком велики». «Это означало бы увеличение валютных интервенций ЦБ и одновременное увеличение валютных резервов», — пояснил Клепач.

«Речь идет о реальном эффективном курсе рубля — курсе рубля, скорректированном на разницу темпов инфляции в РФ и ее основных торговых партнеров», — пояснил «Газете» аналитик отдела анализа рынков акций «КИТ Финанс» Дмитрий Полевой.

По его словам, принимая во внимание тот факт, что уровень инфляции в России будет оставаться выше, чем у многих торговых партнеров, повышательное давление на курс рубля при увеличении цен на нефть сохранится. Таким образом, озвученные цифры «вполне могут быть достигнуты», резюмировал Полевой.

«20% — это 23—24 рубля по отношению к доллару. Аналогичные показатели мы видели в середине 2008 года», — обратил внимание аналитик инвесткомпании «Ренессанс Капитал» Николай Подгузов .

Но при этом эксперт не считает, что данный показатель является катастрофичным. «Если мы боремся за эффективность и конкурентоспособность, нужно учиться функционировать в подобных условиях», — подчеркнул Подгузов.

Подвела стратегия ЦБ

Как указано в проекте основных направлений денежно-кредитной политики Банка России на 2010—2012 годы, в качестве ориентира при проведении курсовой политики будет использоваться ценовой коридор бивалютной корзины 26—41 рубль.

В перспективе же ЦБ планирует отправить рубль в свободное плавание, то есть откажется от коридора стоимости бивалютной корзины. Первые шаги в этом направлении были сделаны в начале этого года. В частности, ЦБ объявил об изменении границ валютного коридора.

«Коридоров у нас два. Внешний — это 26—41 рубль за корзину валют. В отношении него мы взяли обязательство за эти границы рубль не выпускать», — уточнил первый заместитель председателя ЦБ Алексей Улюкаев .

Кроме того, есть еще внутренний, «операционный» коридор, у которого постоянная ширина — 3 рубля, но подвижные границы. Именно эти границы ЦБ намерен сдвигать в целях борьбы с валютными спекулянтами. «Сегодня на 5 копеек, а завтра в такой же ситуации, может, на другую цифру», — пояснил Алексей Улюкаев.

По оценкам ЦБ, колебания курса в 10% (плюс-минус 5%, если смотреть с середины коридора) — это «удобно и населению, и бизнесу». «Очевидно, что в нынешней ситуации восстановление экономики в значительной степени базируется на внешних факторах, поэтому чрезмерного укрепления рубля власти, скорее всего, не допустят», — считает Дмитрий Полевой.

Так, укрепление национальной валюты, рубля, снижает доходы бюджета от экспорта нефти и газа. Все это говорит о том, что ЦБ будет вынужден в той или иной мере продолжать сдерживать ревальвацию, если давление на рубль продолжит нарастать.

«В то же время для удержания контроля над денежным предложением ЦБ может более активно использовать механизмы стерилизации избыточной ликвидности, поступающей на рынок вследствие проведения им валютных интервенций», — не исключает аналитик.

Тем не менее у Николая Подгузова текущая политика ЦБ не вызывает серьезных нареканий. «Нет ощущения, что необходимо осуществлять более серьезные интервенции. Кроме того, только за последнюю неделю ЦБ приобрел $6 млрд, что сопоставимо с объемом интервенции в период, когда ЦБ придерживался более жесткой курсовой политики», — привел пример аналитик.

Доверие к рублю

С февраля по декабрь 2009 года доллар опустился по отношению к российской валюте с более чем 36 до 30 рублей. Однако доверие к российской валюте у населения стало восстанавливаться только во второй половине прошлого года. По данным ЦБ, в 2009 году объем покупок валюты населением составил $50,317 млрд, что на 36,6% меньше, чем в 2008 году.

По словам Дмитрия Полевого, если ориентироваться на озвученный Клепачом сценарий, российским гражданам следует начать снижать долю валюты в сбережениях, конвертируя их в рубли.

«Пока ставки в рублях довольно высокие. В частности, они гораздо более привлекательные по сравнению с теми депозитами, которые можно получить в валюте», — говорит Николай Подгузов. По его мнению, в связи с тем, что ожиданий по девальвации рубля не так много, деньги лучше держать в рублях.

А так ли страшен сильный рубль?

Александр Некипелов, вице-президент Российской академии наук, академик РАН, доктор экономических наук

Во многом это зависит от той общей политики, которая будет проводиться в стране. Если будет продолжаться линия на наращивание валютных резервов, то ситуация действительно окажется не очень хорошей. Ну а если все-таки часть резервов, которые находятся сверх необходимости для регулирования валютного рынка, будет использоваться на цели модернизации, то, я думаю, здесь сильный рубль врагом не будет. Напротив, импорт современного оборудования, технологий и так далее станет не таким дорогим. Правда, с укреплением рубля, конечно, будут уменьшаться рублевые доходы наших экспортеров.

Алексей Мамонтов, президент Московской международной валютной ассоциации

Вопрос, на мой взгляд, состоит в другом: насколько подобный прогноз обоснован? Клепач говорит о периоде в два-три года, но прогнозы на такие сроки выглядели довольно сомнительно даже в лучшие времена. А когда вообще непонятно, прошел кризис или не прошел, вернется он или не вернется, — то говорить о таких сроках и вовсе странно. Знаете, я припоминаю время, когда накануне кризиса августа 2008 года весной того же года и правительственные эксперты, и независимые эксперты, и аналитики финансовых компаний, фондов и банков в один голос утверждали, что Россия — это тихая гавань и нас кризис не коснется. Причем все это делалось всерьез! Но что произошло через несколько месяцев? Хотя вообще Клепач человек довольно взвешенный и обычно опирается на серьезные оценки. Наверное, здесь просто есть определенная доля лукавства. Я имею в виду то, что они призваны сориентировать и общественное мнение, и власть на то, чтобы принимать какие-то меры и совершать действия, помогать реализовывать собственную стратегию. Посмотрите, ведь и Кудрин зачастую говорит что-то, чтобы упредить возможные чересчур оптимистичные оценки, а соответственно, и некие набеги на бюджет.

Владимир Сальников, ведущий эксперт Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования

На мой взгляд, страшен. Если мы говорим о положении товаропроизводителей, то 20% — это действительно серьезно. То есть, конечно, влияние курса рубля носит многофакторный характер: мы выделяем как минимум пять каналов, часть из которых позитивна, а часть — наоборот. Традиционно считается, что первый канал влияния — это доходы экспортеров, где укрепление рубля положение ухудшает. Второй известный канал — это конкуренция с импортом. Третий канал также довольно известен, однако уже действует в плюс: это удешевление импортного оборудования, если мы проводим модернизацию. Четвертый фактор заключается в том, что если проекты у нас ориентированы на импорт сырья, материалов или комплектующих, то нам укрепление рубля также помогает (например, развертывание сборки чего-либо). Наконец, пятый фактор (тоже в плюсе) находится в зависимости от масштабов накопленных нами валютных обязательств: чем их у нас больше, тем меньше мы заинтересованы в ослаблении рубля. Какая ситуация сейчас? С одной стороны, конечно, влияние разноплановое не только по секторам, но и на уровне отдельных компаний (в зависимости от того, какую политику они проводили в предшествующий период).

Но я хотел бы отметить другое (возвращаясь к тому, что считаю укрепление рубля на 20% очень сильным): смотрите, у нас сегодня на товаропроизводителей (прежде всего в конечных отраслях) влияет и то, что курс укрепился в предшествующий период. И то, что у нас впереди ожидается ускоренное повышение тарифов естественных монополий (индивидуальный индекс укрепления будет еще выше). Плюс еще надо учитывать, что рынки у нас сжались. Пусть при отсутствии внешних шоков они и будут восстанавливаться, однако пока нагрузка на доходы компаний существенно увеличилась со стороны, скажем так, постоянных издержек. В итоге просто усилится дифференциация. В том смысле, что кто-то, конечно, будет и в плюсе (те же сырьевики: долги обесцениваются, а при высокой конъюнктуре доходы упадут не так уж сильно), а кто-то напротив. Что, боюсь, только усилит нашу перекошенность в сторону сырьевого сектора.

Василий Дума, зампред комитета Совета федерации по природным ресурсам и охране окружающей среды, доктор экономических наук

В принципе не так уж он нам и страшен, ведь мы за рубли ничем не торгуем. Мы все свои полезные ископаемые продаем за доллары, которые ничем не подтверждены. Что они вцепились в это укрепление рубля?


news.mail.ru