Неистощенные до сего дня Резервный фонд и Фонд национального благосостояния остаются в центре дискуссий о борьбе с финансово-экономическим кризисом. Кто-то из оптимистов уже заявил, что средств национальных фондов России «хватит на кризис». Но кто может точно сказать, сколько он продлится? К тому же – почему выход из кризиса должен оплачиваться из госфондов? Естественно, что когда речь идет о бюджете страны, об обязанностях государства, то деньги из фондов будут выделены. По оценке Минфина, выпадающие доходы бюджета составят больше 2 триллионов рублей, и они будут замещаться с использованием средств Резервного фонда. Но когда речь о бизнесе, который всерьез считает, что ему не выжить без этих средств, то поневоле спрашиваешь себя, а способен ли он сам что-то предпринять?

По мнению министра финансов Алексея Кудрина, «помощь должна предоставляться лишь тем компаниям и банкам, которые испытывают временные трудности, но сохраняют платежеспособность». Простая раздача денег приведет к тому, что компании и банки привыкнут к такой помощи и перестанут вести ответственную политику, что может вызвать новый кризис. Пока же, как утверждает статистика, более триллиона рублей превысили убытки 15,5 тысяч отечественных предприятий за первые 11 месяцев минувшего года.

В правительстве уже разработаны и частично опубликованы списки предприятий - претендентов на помощь от государства. Списки эти, судя по всему, еще будут дорабатываться и изменяться. Возможно, усиление рецессии выдвинет более жесткие требования к «селекции» - помимо необходимости существования этих предприятий встанут и чисто экономические критерии или же, как в ряде стран, поставивших задачу выйти из кризиса обновленными, деньги будут выдаваться не на поддержку предприятия, а на его модернизацию.

Поэтому оценивать фонды только с той точки зрения, на сколько их хватит при определенной цене на нефть, совершенно неуместно. «Раздербанить» фонды, как это предлагалось еще задолго до кризиса – неэффективное и вредное для финансовой системы занятие. Пару лет назад было подсчитано, что при «дележке» Стабфонда между всеми жителями страны получалось долларов по 500 долларов «на брата». С тех пор, хотя фонды и подросли, ситуация коренным образом не изменилась.

Поэтому более эффективным кажется предлагаемое правительством использование фондов для поддержки банковской системы и для целевой помощи отдельным секторам экономики, причем, в основном через банки. Прямая помощь, как известно чревата снижением рейтинга страны. Вот тут-то, кстати, и проявляется роль фондов как «подушки безопасности» в большей мере, чем простая их раздача. Суть такова: чем богаче и запасливее государство, тем охотнее дают деньги в кредит его предприятиям и компаниям, а условия предоставляются более выгодные, чем странам с сомнительной репутацией. Не случайно же при создании Стабфонда на первое место выдвигалась расплата России с зарубежными долгами, что и позволило затем нашему бизнесу получать необходимые средства на международных рынках. Растрачивая же фонды, Россия рискует потерять высокий рейтинг, чем затруднит себе зарубежные займы.

Так что хотя кризис и поменял приоритеты использования Резервного фонда и Фонда благосостояния, но роль их как гаранта устойчивости экономики осталась. Тем более что предполагается применять такую форму помощи предприятиям, как наделение их госгарантий на определенные суммы. А главное – Россия сохраняет в случае необходимости возможность выйти на международные рынки за займами. Правда, министр финансов Алексей Кудрин считает, что раньше 2010 года этого не потребуется и предлагает прежде всего поискать деньги по отечественным сусекам (при участии отечественного капитала!), рассчитывая уже в этом году выпустить облигаций на 300 миллиардов рублей.